Социальный театр – это прежде всего такой, который несет собой социальную функцию, функцию изменения общества. В этом его главное отличие от буржуазного театра, создаваемого исключительно для развлечения публики. При этом социальный театр может оставаться в рамках привычных способов и форм.

Последнее актуально особенно для казахстанского театра, где существует привязанность к традиционным формам, причем, как у публики, так и у самих перформеров.

В январе-феврале этого года в пространстве «Трансформа» были показаны итоговые спектакли программы поддержки актуального театра. У партнера программы, Фонда Сорос-Казахстан, профинансировавшего работы, было условие для авторов будущих спектаклей: они должны были отражать социальную проблематику.

Продюсер спектакля «Кыз куу» Марина Константинова в качестве темы для своего спектакля выбрала похищение невест.

 

 

Будучи автором фотопроекта, посвященного насилию над женщинами, Константинова положила несколько реальных историй своих героинь в основу театрального перформанса.

Историю похищенной девушки рассказали языком пластического театра, режиссер «Кыз куу» Екатерина Шмонина придумала спектакль чувственный и эстетичный.

И из-за этого социальная составляющая в спектакле отошла на второй план: форма поглотила содержание.

Еще один спектакль с мощным локальным социальным содержанием – «Уят» ARTиШОКа – был объявлен революционным еще на стадии создания.

 

 

На момент премьеры, в 2016 году, он действительно был таким: драматург Наталья Ворожбит и режиссер Галина Пьянова отработали буквально новостную сводку, чтобы показать зрителям вопросы национальной самоидентификации, социальное неравенство, вопросы образования и воспитания молодежи в Казахстане.
При этом сама Пьянова перед премьерой предупреждала о том, что формально в «Уяте» зрителей не ждет ничего нового, это всем понятный психологический спектакль. Другое дело, что о самом понятии уята («уят» - определенно главнейшее слово второй половины 2010-х в Казахстане) через театр никто до ARTиШОКа не говорил.

В обсуждении «Уята» часто всплывало другое понятие – намыс. О нем говорят реже, но оно едва ли не более фундаментально для национальной культуры. Словом «намыс» можно охарактеризовать спектакль «86» независимой театральной компании StartDrama из Петропавловска, который был показан в программе казахстанского шоукейса фестиваля «Откровение» в 2018 году.
 

«86» - это спектакль о Желтоксане, декабрьских событиях в Алматы в 1986 году.

 

 

Его сложно назвать документальным, особенно в контексте жанра – саундрамы, который сам по себе доминантен. Тем не менее, алматинский показ спектакля стал событием: тема Желтокасана редко обсуждается через современное искусство, и общественная реакция оказалась более чем заметной: часть зрителей ушла из театра, буквально хлопнув дверью, те же, что остались, утирали слезы и аплодировали стоя.

Однако более значимую социальную составляющую содержат такие документальные спектакли, в которых документ важнее декоративности. Такие составляют основу репертуара московского Театра.DOC, в Алматы же чистого дока в текущей городской афише нет.

Существует документальный спектакль Stay true в арт-убежище «Бункер», который в силу содержания не назовешь социальным.

 

 

Кроме того, год назад в шоукейсе «Откровения» был представлен спектакль «Комьюнити», рассказывающий реальную историю казахстанской гей-пары, эмигрировавшей в Швецию.

«Комьюнити» основан на документальных текстах переписки и рассказывает о положении геев в Казахстане, о жизни мигрантов в Швеции и о значимости общественного мнения и общественного договора в двух странах.

 

 

Еще один тип социального театра, существующего в Казахстане – это плейбек-театр. Плейбеком в Алматы занимаются три независимые театральные команды: И.Л.И., «Родные люди» и англоязычный театр KELT.

Плейбек – это такой театр, который в качестве драматургии использует рассказанные зрителем истории. Причем истории собираются непосредственно перед перформансом, а спектакли плейбек-театров основаны на технике импровизации. Плейбек может быть частью не только театральных проектов, но и используется в психотерапии: помогает заново переживать кризисные ситуации. Подобная техника переживания заново работает и в социальном, а не обязательно в медицинском аспекте. Возможность посмотреть на обстоятельства со стороны несет способы выхода (по такому же принципу функционирует популярный на Западе форум-театр – где заявленная перформансом проблема обсуждается со зрителями).

Одна из алматинских плейбек-трупп, И.Л.И., совместно с проектом «ЭТО - Двор» создала еще более мощный социальный театр – «Театр соседей». В этом году площадка открыла уже второй сезон, театр под открытым небом расположен в спальном районе города и в идеале должен стать главным местом встречи для местных жителей, театром локального сообщества.

За прошлый сезон в «Театре соседей» прошли десятки мероприятий и была сформирована собственная команда плейбек-театра, составленная из жителей района. Молодая труппа получила одноименное название – «Театр соседей».

Самое новое и одно из самых важных событий, произошедших в контексте социального театра в Казахстане – это появление в Алматы собственного инклюзивного театра.

 

Инклюзивный театр – это театр равных возможностей, в этом формате на сцену выходят как профессиональные актеры, так и люди с инвалидностью.

Театральная инклюзивная лаборатория «Действие буквально» впервые заявила о себе в декабре прошлого года. В первые два месяца кураторы лаборатории провели блок тренингов для людей с ограничениями по слуху и зрению с участием приглашенных из России педагогов. В феврале стартовал (и продлится до конца апреля) второй интенсив для людей с ментальными особенностями – расстройством аутического спектра и синдромом Дауна.

 

 

Творческим процессом в лаборатории руководит петербургский режиссер Борис Павлович, он же в конце второго модуля предложит эскиз спектакля с набранной труппой – первого инклюзивного в Казахстане. Ожидается, что к показу публике спектакль будет готов в 2019 году. Сейчас в «Действии буквально» чуть меньше двадцати человек – актеры, художники, музыканты, а также особенные участники.

Если спросить любого эксперта в области современного театра, в чем его, современного театра, главная функция, с большой долей вероятности он ответит: в коммуникации. Коммуникативная функция особенно велика в театре социальном: только через диалог можно привлечь внимание к социальным проблемам и найти им решение. И живой театр в этом смысле – лучшая площадка для диалога.

Текст: Ольга Малышева